Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

CD

Монолог старого могильщика, подслушанный у ворот городского кладбища







И что ты с ней таскаешься,
С душой-мешком?
Швырни её как камешек,
Присыпь снежком.

Она тебя, неверная,
Зря тяготит.
Систему портишь нервную
И аппетит.

Тебе дай волю, видит бог,
Ты б лет до ста
Носил в себе прибитого
К кресту Христа.

И что там королевского,
На дне души?
Надрывы Достоевского.
Нарывы лжи.

И перспективы тусклые:
Чихнул – и бряк!
Ни долларов, ни тугриков.
Лови сквозняк.

Короче, ноша спорная –
Душа-мешок.
Перегрустил – и в «скорую».
Нехорошо.






20 ноября 2015 г.



CD

Аист Пушкин







Где повисшие в небе церквушки
На ветру отзываются тихо,
Жил и горя не знал аист Пушкин
С аистятами и аистихой.

В беге дней наслаждалось семейство
Кротким счастьем, дарованным свыше.
Райский сад их, возделанный вместе,
Стал гнездом на соломенной крыше.

Люди пришлые лишь удивлялись,
Задаваясь вопросом дурацким:
Почему звался Пушкиным аист?
Где у аистов с Пушкиным связка?

Орнитологи морщили веки,
На коллег с неприязнью глазея
В краеведческой библиотеке
И в безжизненных фондах музея.

Выпускницы филфака друг дружку
Щедро крыли изысканным матом:
Приколочен давно А.С.Пушкин
К диссертациям и рефератам!

На закате мясные волокна-
Облака плыли к центру Европы.
И таращились в синие окна
Телевизоры, будто циклопы.

Прел в окрестных сараях картофель,
И маячил поблизости где-то
Аистиный классический профиль
В форме вычурного пистолета.






15 ноября 2015 г.


CD

День с фатальным раскладом







Этот день с фатальным раскладом
Пах корицей и шоколадом,
Щебетал на ветках по-птичьи
И во всём держался приличий.

Он снимал в приветствии шляпу,
Пожимал и руку, и лапу
Всем, кого встречал по дороге.
Меркла боль. Стихали тревоги.

Геркулес планировал схватку,
Ахиллес почёсывал пятку,
И Самсон буквально вприпрыжку
К брадобрею мчался на стрижку.

День дымился вкусным обедом,
День искрился солнечным бредом
О всеобщем, сказочном счастье.
Сказка – ложь? Всего лишь отчасти.

Бьёт поэт метафорой метко:
Это был не день, а конфетка!
В общем, всё в нём было как надо.
Лучший день. С фатальным раскладом.






10 июня 2015 г.


CD

Уничтоженные поэты (2). Владимир Силлов

Владимир Александрович Силлов родился в 1901 году в Санкт-Петербурге. Учился во Владивостоке, где во время Гражданской войны сложился как поэт и критик (наибольшее влияние на Силлова оказал мэтр русского футуризма Николай Асеев), работая в журнале «Творчество» и вскоре войдя в сложившееся при этом журнале сибирское литературно-футуристическое объединение. В самом начале 1920-х годов редактировал местные журналы «Восток» (1920 г.) и «Юнь» (1921 г.), затем учился в Москве, после чего преподавал в Высшем литературно-художественном институте. Работал ответственным секретарём журнала «Рабочий клуб», печатал свои произведения в журнале творческого объединения «ЛЕФ» («Левый фронт искусств») и других схожих по «левой» идеологии пролеткультовских изданиях. Борис Пастернак, с которым Силлов сблизился во второй половине двадцатых, спустя несколько лет писал о нём, что в общей писательской массе это был «укоряюще-благородный пример нравственной новизны». На счету Владимира Силлова – статьи о Владимире Маяковском и Давиде Бурлюке, а также библиография Велимира Хлебникова (1926 г.) и В.Маяковского (была опубликована в ноябре 1928-го, в первом томе Собрания сочинений В.М.). 8 января 1930 года Владимира Силлова арестовали и приговорили к расстрелу за «шпионаж и контрреволюционную пропаганду», а через три дня приговор был приведён в исполнение. Похоронен Силлов в Москве, на Ваганьковском кладбище. После смерти поэта его жена Ольга пыталась покончить с собой, выбросившись из окна – несмотря на то, что у них был маленький сын. Внук расстрелянного поэта, Дмитрий Олегович Силлов (1970 г.р.), является ныне известным писателем, работающим в жанре боевой фантастики (наиболее известны роман «Закон Снайпера» и авторская серия «Кремль 2222»), а также – создателем собственной системы самообороны «Реальный уличный бой» и автором ряда книг по рукопашному бою, выживанию и оздоровительным методикам.

В чём состояло «преступление» беспартийного Силлова, не совсем ясно. По одной версии (троцкиста Виктора Сержа), он оказал услугу сотруднику ОГПУ, поддерживавшему оппозицию, по другой версии (сына Троцкого) - Силлова казнили «после неудавшейся попытки связать [его] с делом о каком-то заговоре или шпионаже». Возможно, «доказательства» содержались в дневнике Силлова, который представлял собой «дневник не обывателя, а приверженца революции». Он «слишком много думал, - написал Пастернак своему отцу, - что и ведёт иногда к менингиту в этой форме». После смерти Силлова его имя исчезло и для современников, и для потомков. В книге «Охранная грамота» (1931) Пастернак ссылается на него, используя инициалы его жены О.С, в остальном же его имя не упоминается ни в одном из многочисленных воспоминаний о группе «Творчество» и ЛЕФе; его имя отсутствует даже в мемуарах о жизни в Сибири, написанных его женой Ольгой Петровской (по крайней мере в версии, увидевшей свет в 1980 г.); впервые инициалы О.С. были дешифрованы - и тем самым судьба Владимира Силлова освещена - в статье французского слависта М. Окутюрье, опубликованной В 1975 году.

Силлов

Владимир Силлов – «Из мчащих галопом минут…»

Из мчащих галопом минут
Оставлю я при себе,
Я знаю: скоро придут
Созвездья других легенд.

Никто не вспомнит о бывших,
Никто не посмеет сказать:
"Я выпил вчера полный ковш их,
Кого мне любить опять?"

Придёт и закрутит день наш
В спирали любовных лучей,
Чьё сердце на колья наденешь
И мозг окровавишь чей?

Эй! Рвите же, рвите струны
Созвездий чужих легенд
И смело покров чугунный
На сердце оденем себе.

<1921>

http://www.famhist.ru/famhist/majakovsky/000de8b8.htm

http://coollib.com/b/184281/read




CD

Уничтоженные поэты (1). Константин Большаков

Константин Аристархович Большаков родился в 1895 году в Москве. Уже в 1911 году увидел свет печатный сборник 15-летнего Большакова – «Мозаика», содержащий его первые поэтические и прозаические опыты, выдержанные в духе творчества его именитого тёзки Бальмонта и вызвавшие как минимум одобрение обычно скупого на похвалы Николая Гумилёва (он подчёркивал «подлинную непосредственность и особую, юношескую восторженность» этих работ). В тот же период Большаков познакомился с Валерием Брюсовым и поступил на юридический факультет Московского университета. В 1913 году увидела свет поэма «Le future» (конфискованная из печати царской цензурой) и сборник «Сердце в перчатке», поставившие их автора в ряд основоположников русского футуризма (взращённого итальянским новатором Маринетти) и вызвавшие, в частности, положительный отклик Бориса Пастернака. Поэзия Большакова представляла собой сплав творческого метода В.Маяковского и И.Северянина, позволив поэту уверенно войти в соответствующие профессиональные круги. Интересный факт: Большакова во время его совместных выступлений с басовитым Маяковским, с которым он в итоге их творческого противостояния тесно сдружился, иронично называли «жасминным тенором». С началом Первой мировой войны патриотические чувства захватили поэта. В 1915 году, оставив университет, Большаков поступил в Николаевское кавалерийское училище, после окончания которого попал в действующую армию. В 1919 году у Константина Большакова погиб его брат Николай, который был профессиональным художником. После военной службы, длившейся 7 лет, Большаков демобилизовался в 1922 году – уже из рядов Красной Армии, будучи к этому моменту военным комендантом Севастополя. После возвращения с войны Большаков более не занимался поэзией, выбрав стезю прозаика. К концу 1928 г. он закончил свой исторический роман «Бегство пленных, или История страданий и гибели поручика Тенгинского пехотного полка Михаила Лермонтова», который и вышел в начале 1929 г. в Харькове. Роман этот получил широкое признание читающей публики и неоднократно переиздавался ещё при жизни автора. Последней, незавершённой работой Большакова стал его роман «Маршал сто пятого дня», который должен был состоять из трёх книг. Первая книга, «Построение фаланги», была опубликована в 1936 году. 17 сентября того же года Константин Большаков, бывший корнет царской армии и командир Красной армии, замечательный поэт и прозаик, был арестован. Изъятая при аресте рукопись второй книги последнего романа сгинула в подвалах Лубянки, а к третьей автор так и не успел приступить. 21 апреля 1938 года вместе с группой коллег по поэтическому и писательскому цеху Константин Большаков был расстрелян.



Константин Большаков – «Несколько слов к моей памяти»

Я свой пиджак повесил на луну.
По небу звёзд струят мои подошвы,
И след их окунулся в тишину.
В тень резкую. Тогда шептали ложь вы?

Я с давних пор мечтательно плевал
Надгрёзному полёту в розы сердца,
И губ моих рубинящий коралл
Вас покорял в цвету мечты вертеться.

Не страшно вам, не может страшно вам
Быть там, где вянет сад мечты вчерашней,
И наклоняются к алмазящим словам
Её грудей мечтательные башни,
Её грудей заутренние башни.

И вечер кружево исткал словам,
И вечер остриё тоски нащупал,
Я в этот миг вошёл, как в древний храм,
Как на вокзал под стекло-синий купол.

<1913>

http://ouc.ru/bolshakov/




CD

Поспорил Бунин с Куприным







Поспорил Бунин с Куприным о Льве Толстом.
Так вышло – Чехов тут же, поодаль стоял.
Взъярённый Бунин в Куприна швырнул крестом
И в драку кинулся. А Чехов крест поднял.

Шаляпин, мимо проезжавший, вспоминал:
«Я видел Чехова с распятием в руках!
Куприн и Бунин перед ним упали ниц,
Обняв друг друга, точно дети: не разнять».

Чуть позже Горький с рюмкой чая у окна
Гостям рассказывал, как Бунин с Куприным
Узрев Шаляпина, шатнулись в атеизм.
И, кстати, Чехов там же, поодаль стоял!






16.10.2014


CD

Дуэль на предсмертных записках







Стихи эпитафий пóшло давят на жалость.
Вот, двое легли под пресс холодной земли.
Дуэль на предсмертных записках не состоялась:
Предсмертных записок попросту не нашли.

Им был уготован Ад, изведанный Данте,
Ключи от Вселенной в пятнах липких чернил.
И ждали в дверях крылатые секунданты,
И воск догорал, и колокол не звонил.

И каждый смотрел в окно в одном из столетий,
И каждого грел всё тот же старый камин.
А где-то внизу чужие плакали дети,
И Бог был один на всех, и Дьявол – один.

Сигналы, увы, никто не принял на веру.
Никто не пронёс во тьму тончайшую нить.
Но где-то среди миров воззвали: «К барьеру!» –
И вторил огонь строкой: «…прошу не винить».

Пружина времён сжималась туже и круче.
Всё разом теряло смысл: церковь, закон…
Как стержень пустой в покусанной авторучке,
Как втоптанный в пол сухой чернильный флакон.

Им врал календарь. Век с гаком – самая малость…
Один рухнул в снег, второй – ничком на постель.
Дуэль на предсмертных записках не состоялась.
Зато состоялась подлинная дуэль.






12.10.2014


CD

Клуб громовержцев. ДЭВИД БАЙРОН

29 января 1947 года в Эппинге (графство Эссекс, Англия) родился Дэвид Гэррик, известный поклонникам рок-музыки как Дэвид Байрон - британский певец и автор песен, прославившийся на весь мир как первый фронтмен и вокалист хард-роковой группы «Uriah Heep» в период с 1969 по 1976 годы. Дэвид родился и воспитывался в музыкальной семье. Его мать пела в джаз-бэнде, и сам Дэвид начал петь в пятилетнем возрасте. Примерно в это же время Дэвид выступил в детском телешоу. Его первый ансамбль не имел названия и просуществовал две недели. В возрасте 16 лет Дэвид влился в состав местной группы, выступил с ней один раз и вскоре перешёл в группу Мика Бокса «The Stalkers», которая как раз подыскивала нового вокалиста. Барабанщиком в этом коллективе был Роджер Пенлингтон, кузен Дэвида – он и порекомендовал его Мику Боксу. В 1967 году состав был преобразован и получил название «Spice». Группа активно гастролировала, подписала контракт в «United Artists» и выпустила единственный сингл «What About The Music / In Love». В какой-то момент Дэвид Гэррик сменил имя и стал Дэвидом Байроном: как вспоминал Мик Бокс, произошло это неожиданно и без объяснений. В конце 1969 года группа познакомилась с продюсером и менеджером Джерри Броном и заключила с ним контракт. Вскоре группа оказалась в студии «Lansdowne», изменила название на «Uriah Heep» (в рождественские дни 1969 года о Чарльзе Диккенсе и персонажах его книг говорили все — как раз отмечалась сотая годовщина со дня его смерти) и решила, что ей необходим клавишник. Сначала Брон привёл сессионного музыканта Колина Вуда, затем в качестве постоянного участника был приглашён Кен Хенсли. Дебютный альбом группы был назван «Very 'eavy… Very 'umble» и вышел в июне 1970 года. Дэвид Байрон стал не только важной творческой единицей (и соавтором многих ранних песен группы) но и харизматичным, экспрессивным фронтменом. Известно, что некоторые вещи (в частности, «Easy Livin'») создавались «под Байрона», в расчете на его эффектную сценическую подачу. При том, что британская пресса поначалу сдержанно оценивала творчество группы, впоследствии критики отмечали его выдающийся вокал, близкий к оперному. В 1975 году Байрон выпустил первый сольный альбом «Take No Prisoners», в работе над которым приняли участие его коллеги Мик Бокс, Ли Керслейк и Кен Хенсли. К 1976 году у Байрона обострились проблемы с алкоголем и вместе с ними — отношения с товарищами по группе. Однако его уход, в основном, предопределил инцидент с альбомом «High and Mighty», записанным по инициативе Байрона без продюсера и провалившейся в продажах. По окончании испанского тура в июле 1976 года Дэвид Байрон был уволен из «Uriah Heep». Певец записал с группой в общей сложности 9 номерных альбомов и один концертный релиз. Все эти пластинки в той или иной мере стали классикой хард-рока, особенно такие шедевры, как «Look at Yourself» (1971), «Demons and Wizards» (1972) и «The Magician's Birthday» (1972). После ухода из «Uriah Heep» Байрон вместе с гитаристом Клемом Клемпсоном (экс-«Humble Pie») и Джеффом Бриттоном (экс-«Wings») создал группу «Rough Diamond», выпустившую единственный альбом и вскоре распавшуюся. В 1978 году Байрон записал вторую сольную пластинку – «Baby Faced Killer», которая не имела коммерческого успеха. В 1981 году с молодым гитаристом Робином Джорджем Байрон организовал коллектив «The Byron Band». Группа выпустила синглы «Every Inch of the Living» и «Never Say Die», а также альбом «On the Rocks». Данный релиз стал последней прижизненной работой Дэвида Байрона. После ухода из «Uriah Heep» Кена Хенсли музыканты обратились к своему экс-вокалисту с предложением вернуться в состав родной группы, но гордый Дэвид ответил обескуражившим отказом. Проблемы Байрона, связанные с алкоголизмом, усугублялись. Он дал несколько неудачных концертов, один из которых, в клубе «Marquee», был сорван: певец потерял сознание уже через несколько минут после выхода на сцену. 28 февраля 1985 года Дэвид Байрон был найден мёртвым в своей квартире в Рединге. Причиной смерти стал сердечный приступ. Такие дела. К этому времени Байрон бросил пить; алкоголя в крови обнаружено не было; более того, в доме певца не нашли ни капли спиртного. Вскрытие показало, однако, что печень его была полностью разрушена…

Byron


Персона дня: David Byron (born David Garrick)


Диск в проигрывателе: URIAH HEEP – «Demons and Wizards» (1972)


Demons


Трек дня: «Easy Livin'»




CD

Творческие итоги 2013 года

Ушедший 2013 год был для меня вдвойне юбилейным в творческом плане: 25 лет назад я начал поэтический полёт, публикуя более-менее удавшиеся работы в создаваемом своими руками машинописном домашнем журнале; и 20 лет назад мною была написана первая песня под аккомпанемент акустической гитары. Было бы досадным упущением как-то всё это похерить, и в итоге самым главным личным творческим событием ушедшего 2013-го стал запуск давно готовившегося к жизни официального сайта, успешно стартовавшего 1 июля и всегда теперь открытого для ваших посещений:

Igor_Shamarin-Site-banner_full

Также в 2013 году исполнилось 10 лет моей первой поэтической ипостаси, Сельскому Гуру. Лучшим работам этого проекта (2003-2005 гг.) и рассказам о них был посвящён специальный ЖЖ-сериал «Флэшбэки Сельского Гуру» , состоящий из 36-ти глав.

Говоря о «Стихи.ру», можно вспомнить, что в январе по чьей-то доброй милости на номинацию «Народный поэт» было выставлено моё ставшее уже воистину народным стихотворение «Катя живёт в апельсине» - и без того, вроде бы, получившее с 2004 года всё, что могло получить.

В марте в Махачкале увидел свет очередной номер Кавказской литературно-художественной газеты «Горцы». В этом номере целая полоса была отведена под подборку из 15-ти лучших моих стихов разных лет. Очень важная для меня публикация, в качестве приятного сюрприза со стороны редколлегии сопровождаемая репродукцией известной картины Эдварда Бёрн-Джонса «Тезей в Лабиринте».

Горцы-2013

В начале августа я как следует перетряс архивы и воссоздал, благодаря черновикам, полную историю появления песни «Воин-волк», написанной в 2007 году и вскоре посвящённой памяти покинувшего наш мир Серёги Золотухина. По ссылке можно посмотреть сделанную годом позже видеозапись первого публичного исполнения этой краеугольной и прозренческой работы.

Ну, и если уж мы перешли к песням, нужно вспомнить состоявшийся 9 ноября 2013 года большой квартирник на «Новокузнецкой», во время которого я сыграл часовой акустический сет из 16-ти произведений. Тем самым впервые в полном объёме была представлена программа «Мастер брутального граффити», и это было единственное моё выступление в незапланированном, вообще-то, для пения 2013-м.

Shamarin-3

Новых песен в ушедшем году написано, вроде, не было, зато я преуспел в создании программных шифров. В их числе ныне опубликованы весьма, по-моему, недурные «Мальчик в лабиринте», «Бзу», «Загробная жизнь Джеки Чана», «Страсти по бейсболу», «Мушиный Болотец», «Город под свастикой», «Совет старейшин», «Амиго», «Мужик ничего», «Человек с тенью птицы», «Йети из Атлантиды», «Тошнота», «13», «Золотой век варваров», «Выбор», «Кислойе оллово», «Небесный боксёрский ринг», «Стахановец», «Дом с механической коровой», «Моряки», «Паутина отпустил Ходора», «Паззлы» и примерно столько же ещё – уже по мелочи. Такой вот он был, мой 2013 год. Вспомнили, теперь едем дальше.