christopher_d (christopher_d) wrote,
christopher_d
christopher_d

Category:

Сергей Золотухин

Девять дней назад, 2 июля 2007 г. завершил свой недолгий жизненный путь Серёжа Золотухин. Склоняя голову в его память и не касаясь в эти особенные для православных людей дни - дни Петрова поста - духовного аспекта свершившейся трагедии, этого не поддающегося осмыслению фатального надлома, я хотел бы просто вспомнить Сергея – таким, каким знал его и каким он навсегда останется в моей памяти. Мои воспоминания не претендуют на всеобъемлющий портрет, это, скорее, штрихи к портрету. Но, перечитав за последние дни огромное количество скороспелых и, во многом, спекулятивных материалов в СМИ о своём брате во творчестве, с которым имел честь протопать плечом к плечу часть жизни в конце девяностых, я лишь укрепился в своём желании пролить свет на неизвестные, по всей видимости, факты биографии этого феноменально одарённого музыканта и человека весьма хрупкой душевной организации.



Сергей Золотухин был барабанщиком московской рок-группы «Каземат» в период наивысшей точки развития этого коллектива, а именно с 22 марта 1998 г. по 6 сентября 2000 г. включительно. Я был автором песен, вокалистом и создателем группы. Факт ухода Сергея из команды в 2000-м одномоментно явился фактом прекращения творческой деятельности «Каземата». Причиной, как подтвердило время, явился не конфликт коммуникабельности и не присущая многим творческим людям рефлексия, но конфликт внутренний, конфликт конкретного жизненного выбора – что лично мне стало отчётливо понятно после нашего с ним телефонного разговора в мае 2001 года, спустя год после роспуска группы. Несколько слов об этом разговоре, а также небольшое количество моих воспоминаний о Серёже – вашему вниманию.

Фотографии, иллюстрирующие этот материал, ранее нигде не публиковались и являются частью документального фотоархива группы «Каземат». Большее их число сделано 14 марта 1999 года на репетиционной точке группы «E.S.T.», где в то время находилась и функционировала наша творческая лаборатория, остальные представленные снимки сделаны в кулуарах фестиваля в ДК Горбунова (22.01.1999 г.) и во время нашей поездки на новогодний рок-фестиваль в Тюмень по приглашению Ника Рок-н-Ролла – в самом конце декабря 1999 г.

Далее – мой рассказ в память о Сергее:

СЕРГЕЙ ЗОЛОТУХИН (20.08.1979 - 2.07.2007)


Сын Бумбараша

В середине 90-х я учился на филфаке МПГУ, и у меня была подруга по имени Марина Ляшенко. У Марины был брат – Миша. Миша в ту пору заканчивал школу и являлся подающим надежды гитаристом, мы часто пересекались с ним, когда я был у Маринки в гостях. Порою мы музицировали в две гитары, основываясь на материале моих написанных к тому времени песен. Лучшим другом Миши был его одноклассник – Серёжа Золотухин. Таким образом, ещё до нашего знакомства я был много наслышан о нём. «Сын того самого Бумбараша», Валерия Сергеевича Золотухина. У Миши с Сергеем был плодотворный творческий союз, сочинялись оригинальные композиции. Одна из запомнившихся мне лично (слышал запись на кассете) – «Марш моржей».

Знакомство

C Сергеем мы познакомились 14 января 1995 года: в ту пору doctor_ar работал осветителем сцены в клубе «Sexton Fo.Z.D.» и вписал нас всей компанией на ночной концерт группы «Чёрный Обелиск» во главе с блистательным Толиком Крупновым (не забудем, что вскоре Сергей совершенствовал свой талант под бдительной опекой барабанщика «Обелиска» Владимира Ермакова). Вместе с Мишей на концерт пришёл Серёга. Ещё не успевший утратить детских черт, пухлощёкий, Сергей казался младше своих лет, вёл себя довольно сдержанно, но впрочем, лучезарно улыбался в ответ на шутки, вполне адекватно реагируя на расспросы моего приятеля: разговор в силу понятного человеческого любопытства касался большей частью Валерия Сергеевича. Держались ребята тогда, как и всё время впоследствии – вместе, буквально не разлей вода. Концерт завершился за полночь. Время до открытия метро коротали прямо в клубе, на лавочке – до сих перед глазами трогательная картина двух спящих пацанов в самом центре шумного и насквозь прокуренного байкерского клуба, укрытых сверху пакетами, шарфами и каким-то пальто. Шли к метро опять же все вместе, разговаривали о музыке. Прощаясь, Серёжа поделился мыслью стать профессиональным музыкантом. Барабанщиком.

Восстание из пепла

Группа «Каземат», созданная в марте 1996 года, прошла несколько этапов развития. В первый состав вошёл уже названный Миша Ляшенко – в качестве гитариста. В 1997 году в группе случился серьёзный кризис, ставший поворотным. Его качественным следствием стало переосмысление самого подхода к делу, и так сложились звёзды, что в феврале 1998 года мне предложил помощь в организации нового состава «Каземата» мой друг – Ян Шередеко, взявший на себя функции директора. Я позвонил Мише и получил его согласие на продолжение нашего с ним сотрудничества. Басистом стал другой старожил группы – Ваня Литвинов. Место барабанщика некоторое время оставалось вакантным, мы даже успели найти и пригласить кандидата – но тот не имел своих барабанов. Ян около месяца искал базу для репетиций, пока не нашёл подходящий вариант в районе метро «Полежаевская». Барабанщик без барабанов не понадобился: на первую репетицию 22 марта 1998 г. Миша приехал с Серёгой. После рукопожатий Золотухин сказал: «Я ничего не обещаю, если понравится - останусь». Он думал неделю. И остался.

На коне

Первой мы сделали песню «Дезертир». У меня с детских лет была необъяснимая привязанность к цокающему звучанию ковбелла, и вступление к «Дезертиру» слышалось именно с ним. Я поинтересовался, есть ли ковбелл у Сергея. Он сказал, что есть, но использовать он его ещё не использовал. Уже на следующей репетиции ковбелл украшал вертикальную стойку над золотухинским хетом – так мы стали одной из немногих групп с жёстким звучанием, использующих ковбелл.

Громкий барабанщик

Сергей играл яростно и с полной отдачей, особенно поначалу. Никаких полутонов, разве что в медляках. На репетициях, как правило, раздевался до пояса, ломал в щепки барабанные палочки – по дюжине штук за репетицию. Ошибаясь, корил себя – зачастую безосновательно. Переигрывал куски песен по десятку раз – закреплял материал. В клубах, где мы играли, звукачи часто жаловались: «У вас слишком громкий барабанщик, вы – стадионная, а не клубная группа! Вы же металл какой-то играете, ребята!» Будто бы в подтверждение этих слов, мы начинали концерты с самой мощной нашей песни - «Всё хорошо»…

02-Sergei_Zolotuhin_Live_1999

…Нам рано лезть в петлю!
Не время рвать жилы!
Давай споём песню вместе,
Пока мы все живы!..


Объясни песню!

Однажды, когда делали «Огарок», Серёжа неожиданно обратился ко мне: объясни песню! Трудности понимания, помимо образного ряда, возникли с именами Заратустра и Прокруст. Последнее имя – особенно. В песне и без того – сквозное влияние Ницше и Библии, да тут ещё отсутствие сюжета… Насколько мог, объяснил ему, не уверен – понял ли он, но ТАК больше никто никогда не интересовался – с жадным любопытством, впитывая каждое произнесённое слово. В дальнейшем, кстати, от него неоднократно исходил импульс проникнуть в суть песен – как-то я принёс ему по его же просьбе 90-минутную кассету со своими акустическими балладами. Он сказал после прослушивания – тяжело, очень много слов: гораздо больше, чем музыки.

Отпуск

4 июля 1998 г. мы сыграли первый концерт в новом составе в клубе «Diamond», после чего, на излёте сил зафиксировав программу на кассету, группа ушла в отпуск: Серёже нужно было уехать из Москвы.

Тихое демо

В начале сентября 1998 г., в самый разгар финансового кризиса, мы засели на два дня в студии – записывать демо-альбом. Каждый музыкант записывал свои партии отдельно, и Сергей записывался первым. В определённый момент он попросил меня встать напротив ударной установки и проартикулировать ему тексты. Позже уточнил, что моё присутствие было ему нужно в меньшей степени из-за артикуляции, в большей из-за энергетического контакта. Записав свои партии, он уехал – и не присутствовал в итоге на сведении, проходившем поздно вечером. Ввиду нашей неопытности, нехватки времени и элементарного недосмотра, чего греха таить, барабанные партии в сведённой версии оказались «замылены» до безобразия. От них практически ничего не осталось – только некие пластмассовые шлепки и тарелки. Сергей сокрушался, но смирился с полученным результатом едва ли не первый.

«Джаз мёртв !!!»

Эту фразу Серёжа часто тогда смаковал, ей же он открыл наш самый громкий концерт - в акустическом клубе «Форпост» 15 ноября 1998 г.

03-Zolotuhin_22.01.1999


Фестиваль в «Горбушке»

В начале 1999 года нам выпала честь сыграть сет на фестивале молодых групп «С новым роком!» в культовом ДК им.Горбунова, концерт состоялся 22 января. Сергей вёл и держал себя как профессиональный музыкант – а он таким и являлся. С музыкантами других групп общался мало, разве только с барабанщиками. Был сосредоточен, ограничивался обществом Миши Ляшенко. Вообще, было ощущение – он стесняется общения, особенно при большом скоплении людей. В кулуарах познакомились тогда с музыкантами группы «СерьГа», но до дружбы дело не дошло. То выступление далось непросто, при исполнении первой песни я случайно выдернул ногой гитарный шнур – пришлось Мише его искать в темноте и всё подсоединять заново, Серёга с Иваном вдвоём героически вытягивали «Продавца теней». Но нас тогда по-настоящему вставило. 12 мая того же 1999 года мы снова вышли на легендарную сцену «Горбушки» - на первом концерте нового музыкального движения «Рок-Держава», которое придумал и основал наш Ян - и уверенно отыграли свой сет. Это была хорошая работа над ошибками, мы почувствовали силу.

Скованные одной цепью

Готовясь к первому выступлению в «Горбушке», мы придумали с Яном такой визуальный ряд: группа занимает позиции в полной темноте, затем начинается интро, а когда приходит время петь и на сцене зажигается свет, все видят нас соединёнными одной длинной цепью. Идея как-то не пришлась ко двору - тем сильнее было моё удивление и радость, когда в телеверсии «Нашествия-2004» вокалист «Мёртвых дельфинов» (последней группы Сергея) исполнял песню «На моей луне», будучи опутанным цепями! Второе подобное совпадение произошло с невоплощённой идеей выступать голыми по пояс – идею высказывал Серёга. Нечто похожее наблюдалось позже на концертах «Мёртвых дельфинов»: музыканты выходили с обнажёнными торсами, будучи выкрашенными в цвета флагов.

Пожалуйста, не оборачивайся!

В феврале 1999 мы играли концерт в клубе «Свалка», после концерта Серёжа озадачил меня фразой: «Пожалуйста, во время концерта не оборачивайся ко мне, это сильно отвлекает!» Меня это искренне удивило, так как изредка осуществляемым «оборачиванием» лично я пытался держать энергетический контакт. Почти обиделся тогда на него.

ТВ

В обоих случаях упоминания группы «Каземат» в телевизионном эфире фигурировал Серёжа Золотухин: в сюжеты программ «Башня» и «До 16-ти и старше…» были включены фрагменты его интервью. Записи сохранились. Говорят, мы мелькали в новостях на «Муз-ТВ» - этот факт я подтвердить либо опровергнуть, увы, не могу. Что же касается тех интервью для ОРТ и канала «Россия», то там творились полнейшее глумление и словесная вакханалия – удивительно, как телевизионщики вообще что-то оставили для эфира! Отлично помню золотухинские рассуждения в духе Курёхина (в смысле – с серьёзным выражением лица) о баре «Голубая устрица» и свободе творчества.

Группа «E.S.T.»

С 14 февраля 1999 года и до самого дня роспуска мы репетировали на базе культовой группы «E.S.T.» в подвале одной из столичных школ - я думаю, нет смысла здесь напоминать о давнем сотрудничестве этой группы с Валерием Сергеевичем Золотухиным и их творческом союзе. Контактным лицом выступал «эстовский» барабанщик Сергей Подрезенко – с ним мы виделись и общались в ту пору постоянно (репетиции проходили раз в неделю, перед ответственными концертами - чаще). По иронии судьбы, мы именно в тот период пришли к усложнению аранжировок и более лёгкому звучанию. Нужно отметить, что Золотухину в нашей группе (как, впрочем, и остальным музыкантам) была дана полная свобода действий – и это давало как свои минусы, так и определённые выигрышные моменты (последних было, конечно же, несоизмеримо больше). Позже мы несколько раз выступали в качестве разогревающего состава на концертах группы «E.S.T.».

Приведу папу на концерт

Он, как и Миша, никого не приводил на наши концерты. Однажды сказал то ли в шутку, то ли всерьёз: «На следующий концерт приведу папу». Не привёл.

Фотосессия

14 марта 1999 года Ян пригласил на базу профессионального фотографа – таким образом, были отсняты три плёнки. Дурачились, прикалывались, использовав все подручные средства обычного школьного подвала. Теперь получается, что фотографии эти – самое живое воспоминание о том периоде наших исканий и экспериментов.

04-Kazemat_1999_archive


Другие группы

Сергей Золотухин помимо группы «Каземат» сотрудничал в те годы как минимум с ещё двумя музыкальными проектами (например, "Random Band"). Возможно, их было больше – кто знает? Хотелось бы узнать достоверную информацию на этот счёт – вот только у кого?.. Мы были в курсе и не сопротивлялись: беспокойство касалось лишь физических сил Серёги.

Музыка

Сергей постоянно что-то приносил послушать. Именно он познакомил меня с творчеством Земфиры, принеся её первый альбом и сказав, что мечтает играть в подобного рода группе за приличный, профессиональный гонорар, «это как хорошая работа, а здесь - это так, для удовольствия». В перечне приносимой им музыки – джаз, Питер Габриэль, «Tool», однажды принёс заценить «Black Uhuru». Подарил мне две фирменные кассеты «Кино». Среди немногочисленных отечественных фаворитов – «Моральный кодекс» (мы играли темы их песен на своих саундчеках).

Рефлексия

В совместном творчестве случается всякое: и вдохновенные взлёты, и неожиданные простои. Однажды группа переживала некоторый энергетический спад. До начала очередной репетиции оставалось полчаса, и на месте были пока только мы с Серёгой. Между нами состоялся разговор, инициатором которого был Золотухин. Суть состояла в следующем: а может, нам отказаться от трудоёмкого процесса создания навороченных аранжировок (без ложной доли скромности следует заметить в скобках, что музыка «Каземата» со дня основания коллектива отличалась многослойностью и разнообразием построения гармоний, как, собственно, и репертуарный список – и это в итоге существенно тормозило процесс развития группы) – и попробовать схему «акустическая гитара + бас + элементарные барабаны»? То есть вообще отказаться от электрогитары. На это я ответил категорическим отказом, ибо всегда был приверженцем классического рок-звучания. Впрочем, тогда было решено всё-таки попробовать эту схему как-нибудь в будущем. Тем более, имел место «запрос» со стороны некоторых клубных арт-директоров, да нам и самим было нужно расширять собственные границы.

Эксперименты

В марте 1999 года мы-таки вдарились в акустические эксперименты. Пик пришёлся на концерт в небольшом клубе «Как бы…» 25 марта. Сергей тогда по собственной воле приучал себя к «камерному» звучанию, приобрёл привычку зависать посреди песни, ломать рисунок. Так, например, изначально жёсткий и хэви-металлический «Продавец теней» превратился в фантасмагорическую джазовую конструкцию.

Машина

Как правило, от базы до метро Серёжа возил нас на машине. Особенно данный факт ценился в морозные или слякотные дни. Водил аккуратно, не отвлекаясь. Несколько раз прямо с репетиции заезжали в столь нелюбимый мной «МакДональдс» - я шипел, а им с Мишей хоть бы хны!

Устал

19 апреля 1999 года в клубе «Ю-Ту» мы играли большой отчётный концерт в честь трёхлетия группы. В какой-то момент Сергей неожиданно дал мне знак и попросил изменить порядок песен, заменив запланированную темповую вещь балладой. Он был краток и серьёзен: «Я устал!».

Фанк

В декабре 1999 года мы не на шутку увлеклись фанком – не будем забывать о безусловном и тотальном тогдашнем влиянии «Red Hot Chili Peppers»! Новая версия композиции «Театр бродячих душ» благодаря стараниям Серёжи стала звучать упруго и уверенно.

Тюмень

С 24 по 28 декабря 1999 г. мы были в своеобразном туре – ездили по приглашению Ника Рок-н-Ролла в Тюмень на новогодний фестиваль. Концерт состоялся в ДК «Строитель» 27 декабря. Там был записан официальный концертный бутлег гр.«Каземат» - «Театр Бродячих Душ». Запись получилась сырой, но вполне передающей дух и нерв времени - в преддверии смены тысячелетий. Мы играли с новым бас-гитаристом Витей Тараненко, расставшись с Иваном. Сергей был, как обычно, на высоте, как и все ребята – запись впоследствии была подвержена цифровому ремастерингу, и сегодня можно вполне убедиться в степени отдачи всех её участников - без скидки на прошедшие годы. Вообще, та поездка оставила неизгладимый след в памяти, и мы все узнали друг о друге в те дни на чуточку больше, чем знали раньше. Туда ехали на поезде, обратно летели на самолёте. Жили, разделившись: мы с Витей – в гостинице, а Ян, Миша и Сергей выбрали частную квартиру.

Наголо

Однажды он приехал на репетицию обритым наголо. Ходил с загадочным видом, вслушиваясь в ощущения. Получается, что я усиленно кошу сейчас под него, и только теперь понимаю определённую прелесть и смелость данного поступка. Кстати, на репетиции он всегда приезжал заранее и почти никогда не опаздывал. Было ощущение (и это зачастую подтверждалось) – он барабанит с утра до вечера. Сергей Золотухин был фанатично предан избранному делу.

Агония

25 июня 2000 года мы в последний раз находились с ним на одной сцене – это был концерт в небольшом клубе на «Серпуховской» для предельно малого количества публики: мы просто никого тогда не позвали ввиду элементарного отсутствия времени. Концерт не дал позитивных эмоций – мы его именно отработали, а не отыграли. Это была агония.

Последняя песня

Это был очередной эксперимент: сделать песню с нуля, прямо в студии, не имея акустической первоосновы. Ребята придумали музыку, а я написал текст. Песня получилась, и названа она была «Лицо на воде». В один из летних дней 2000 года мы практически её сделали, а на следующей репетиции…

6 сентября 2000 года

Это дата последней репетиции «Каземата» и дата последнего дня фактического существования коллектива. Мы несколько часов оттачивали на репетиции новую песню, а когда стали собираться, Сергей отозвал меня в сторону и сказал, что уходит из группы. «Нужно зарабатывать деньги, надоело сидеть на шее родителей, нужно профессионально заниматься музыкой. Я хочу поиграть джаз». Он высказал абстрактную идею привести человека в группу - себе на смену, сыграть хотя бы прощальный концерт категорически отказался: «Возможно, я ещё вернусь». Песня «Лицо на воде» так никогда и не была нами исполнена публично. Он подвёз до метро, как обычно, на машине, чувствовалась какая-то неловкость и повисший в воздухе вопрос, на который нелепо было искать молниеносный ответ.
Сергей ушёл – и без него группа перестала функционировать как организм, потерявший жизненно важный орган. Искать замену никто и не подумал – настолько мы срослись.

05-Zolotuhin_Tumen_1999

ЗДЕСЬ - ПОЛНАЯ ИСТОРИЯ РОК-ГРУППЫ "КАЗЕМАТ".


Звонок

…Он позвонил мне 17 мая 2001 года, поздравил с Днём рождения. Спросил – как дела, не нашёл ли я музыкантов. А затем около часа рассказывал о своей жизни, о своих приключениях и переживаниях за время, которое мы не виделись. О временном уходе из музыки, о больнице, об увлечении философией и религией, о джазе и о новом вступлении в творческую колею. Он впечатлил тогда глобальностью переживаний и глубиной, не свойственной ему в прежние годы нашего знакомства. Договорились, что он позовёт на какой-нибудь свой концерт… Увы, это был наш прощальный разговор.

«Мёртвые дельфины»

3 августа 2003 года «Наше радио» проводило очередной фестиваль «Нашествие», но вместо привычного формата «open air» концерты в те два дня проходили прямо в студии. Тогда я ещё не знал, что за барабанной установкой в группе «Мёртвые дельфины», знакомой мне ещё по прямому эфиру ТВ-6 с «Нашествия-2001», сидит Серёга. Узнал я об этом только 15 ноября 2003 года. Узнал и порадовался: группа тогда оставляла более чем сильное впечатление. Дебютный их альбом «Одуванчики для канареек» купил не раздумывая – при прослушивании, увы, разочаровал звук и упрощённое построение неплохих по сути композиций. Слава Богу, впоследствии диск был выпущен в более качественной версии. Записывал все телеэфиры с «Мёртвыми дельфинами» - было интересно отследить дальнейший творческий путь Серёги и его новых друзей. Затем был содержательный телесюжет по «СТС», сообщения о концертах в Грозном, трансляции фестивалей… В последнее время они словно бы куда-то пропали.

13.03.2007

А недавно я, совершенно неожиданно, видел его на улице, будучи проездом в окрестностях «Таганской»-радиальной. Я выходил, разговаривая по телефону по каким-то рабочим делам из арки дома, и вдруг краем глаза увидел мрачного, как туча, Серёжу, входящего в этот же двор. Окликивать уже не было смысла: он был в наушниках. Догонять не было времени. Так и не пересеклись.

Скорбная весть

Третьего июля я приехал домой с работы, и отец мне сказал – вчера повесился Сергей Золотухин, написано в ленте новостей Яндекса. Сразу вспомнилась та несостоявшаяся встреча в марте, когда мы были в пяти метрах друг от друга. Будто знак откуда-то свыше, возможно, единственный шанс для разговора. Шанс, которому не суждено было осуществиться.

…Он был отличным парнем. Улыбчивым, трудолюбивым, нежным, застенчивым даже, увлекающимся, творческим. Я не верю в приписываемую ему депрессивность – во всяком случае, ни о чём подобном семь лет назад не было и речи. Он знал, для чего он здесь – просто, видимо, не нашлось нужных слов в поддержку или НЕОБХОДИМОГО КОЛИЧЕСТВА ЛЮБВИ для него. Никого не обвиняю и отвечаю только за свои слова и впечатления. Он очень хотел быть любимым – это я знаю точно.

Я рассказал всё, что знал о нём – пусть другие расскажут больше и лучше. Осталась память и музыка. И пусть она звучит.



Ты был отличным музыкантом и хорошим человеком, Серёга. Зря ты так.
Мы попросим за тебя.


Rest In Peace.
Tags: Моя творческая история, Рок-группа "Каземат", Сергей Золотухин
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 38 comments